Акварели и рисунки Лермонтова из альбомов А. М. Верещагиной (Е. А. Ковалевская)

В 1917 г. в фонды Пушкинского Дома Академии наук влилось уникальное собрание бывшего Лермонтовского музея, открытого в 1883 г. при Николаевском кавалерийском училище в Петербурге. Это собрание включило в себя рукописи поэта, его живописное и графическое наследие, портреты Лермонтова, выполненные с натуры, его личные вещи, издания его произведений, иллюстрации к ним, скульптурные модели первых памятников, поставленных поэту, портреты его современников, различные биографические документальные материалы и многое другое.

Названная коллекция положила основание лермонтовскому фонду Пушкинского Дома и определила его первенствующее место среди всех других хранилищ лермонтовских материалов.

В составе богатейшего собрания весьма скромное место занимали сделанные от руки подробные описания альбомов со стихами, акварелями и рисунками Лермонтова, а также тетради с кальками, снятыми с его рисунков. Однако именно этим скромным материалам было суждено в течение нескольких десятилетий быть единственным источником сведений, восполнявшим значительный пробел в наших представлениях о творческой биографии поэта. Только сейчас благодаря цветным и черно-белым слайдам и полистным ксерокопиям, снятым с альбомов и представленным в наше распоряжение профессором А. Глассе, а также публикации Е. Михайловой¹ мы получили наглядное представление о подлинном материале в полном его объеме. Частично этот материал публиковался и раньше. Мы имеем в виду публикацию поэта и очеркиста К. Н. Льдова, которая оказалась каким-то образом не учтенной в лермонтоведепии.

¹ (Michailoff H. The Veroschagina Albums.-Russian Literature Triquarterly, 1975, p. 363-380.)

Забытая публикация

В 1905 г. петербургский журнал "Живописное обозрение" (№ 1, с. 20-23) поместил публикацию поэта и очеркиста К. Н. Льдова под общим заголовком "Собственноручные рисунки М. Ю. Лермонтова". Публикации предшествовал следующий пояснительный текст:

"В ноябре 1903 года я испросил у начальника Николаевского кавалерийского училища разрешение снять некоторые из рисунков Лермонтова, находящиеся в "Лермонтовском музее". Вследствие трудностей, сопряженных с такого рода работою, мне пришлось ограничиться только десятью наиболее характерными рисунками Лермонтова. В число их я включил:

1) три рисунка из тетради, пожертвованной кн. П. Н. Манвеловым¹,

¹ (Тетрадь, о которой идет речь, пожертвованная R 1889 г. Лермонтовскому музею, так называемая юнкерская, ныне хранится в музее Института русской литературы АН СССР.)

2) пять карикатур, снятых с переведенных карандашом на топкую папиросную бумагу копий рисунков М. Ю. Лермонтова из альбома "Livre de Poesies appartenant a Alexandrine de Wereschaguine. Moscou, 1833. Les dessins par Michel Lermontoff", и одного рисунка альбома "Souvenir"¹ из семнадцати, рисованных Лермонтовым и принадлежащих той же г-же Верещагиной. Альбомы высылались из Штутгардта графинею Берольдингеп, дочерью баронессы Гоголь (Ал. Верещагиной).

¹ (Название "Souvenir" указано ошибочно Этот альбом, с одного из рисунков которого (с. 12) была сделана калька, никакого названия не имел (как это можно увидеть из приведенного ниже описания альбома Верещ.II на с. 50-51 настоящей статьи). Ошибка была допущена еще в Лермонтовском музее (в заголовке на обложке тетради с кальками) и была повторена в книге поступления Лермонтовского музея, в инвентаре Пушкинского Дома, затем вошла во все лермонтоведческие работы, касающиеся этого вопроса.)

Копии получены музеем от П. Н. Буковского, к сожалению, без всяких пояснений относительно карикатур, представляющих по своей интимности самое интересное художественное наследие великого поэта.

При перерисовке карандашом, сделанной неуверенной рукой, утратился и характерный для Лермонтова решительный штрих рисунка.

3) Копию с собственноручного портрета М. Ю. Лермонтова, сделанного в 1837-1838 г. Вокруг овального снимка с подлинной акварели значится подпись: "Копия сделана с точностью г-жою Коченовскою.¹ См. биогр. мою, стр. 290, 453".

¹ (Неправильно прочтен автограф П. А. Висковатого; в действительности - "Кочетовою".)

В Лермонтовский музей копия пожертвована г. Висковатовым.

4) Автограф стихотворения "Посвящение" начиная с 2-й строфы с завершительною виньеткой пером. Наверху отдельного листа этой рукописи, присланной музею в дар из г. Углича г-жою Наталией Смагиной, помечено "из бумаг М. Ю. Лермонтова"".¹

¹ (Льдов К. Собственноручные рисунки М. Ю. Лермонтова. - Живописное обозр., 1905, №1,2 янв., с 20.)

Все в этой публикации чрезвычайно интересно и важно. Автор ее, Константин Николаевич Льдов, был давним почитателем поэта, и в J891 г. издал сборник стихотворений "Памяти Лермонтова". Из тетради, пожертвованной Манвеловым, он выбрал один из наиболее характерных перовых рисунков Лермонтова (всадник, замахнувшийся нагайкой) и наброски мужских профилей (л. 37). Воспроизведенная им копия с автопортрета Лермонтова в бурке и мундире Нижегородского драгунского полка была выполнена по заказу П. А. Висковатого в 1882-1884 гг. художницей О. А. Кочетовой с оригинала, принадлежавшего в то время дочери А. М. Верещагиной - графине Берольдинген.¹ П. П. Пахомов считал, что первая публикация копии была осуществлена в 1910 г.;² как видим, это произошло на пять лег раньше.

¹ (Оригинал был передан в Государственный литературный музеи в 1962 г.; см. подробнее: Андроников И. Л. Лермонтов. Исследования и находки. М., 1964, с. 229-230.)

² (Пахомов Н. П. Живописное наследство Лермонтова.- В кн.: Литературное наследство, т. 45-46. М., 1948, с. 189.)

Автограф "с завершительною виньеткой", о котором идет речь в аннотации Льдова, - это не отдельное стихотворение "Посвящение", как можно понять из текста, а посвящение к поэме "Аул Бастунджи". До сих пор считалось наиболее ранним воспроизведение, помещенное в "Одесском листке" (1914, № 204).¹

¹ (Сочинения М. Ю. Лермонтова под ред. Д. И. Абрамовича, т. 1. СПб.г 1910-1913, с. 1.)

Наибольший интерес в этой забытой всеми публикации для пашей статьи имеет раздел второй, в котором речь идет о пяти карикатурах Лермонтова. Льдов указал, что копии, с которых воспроизводились карикатуры, поступили в музей от Н. Н. Буковского (а не от И. А. Висковатого, как почему-то считается в лермонтоведении), и кратко изложил историю альбомов. Он опубликовал пять карикатур Лермонтова из девяти, имевшихся в альбоме Верещагиной "Livre de Poesies" (Верещ,. I) на с. 141, 152, 165, 166 и 174,¹ в том самом альбоме, который находится ныне в Колумбийском университете и служит предметом нашего исследования.² Правда, карикатуры в журнале "Живописное обозрение" репродуцированы с калек П. П. Буковского, что, конечно, не равнозначно публикации непосредственно с оригиналов, которыми Лермонтовский музей в 1905 г. уже не располагал.

¹ (Описание рисунков см. на с. 37-50 настоящей статьи.)

² (В настоящем издании этот альбом условно обозначается Верещ.I (см. статью Т. П. Головановой). Мы принимаем двойное обозначение: "Livre de Poesies" (Верещ.I) во избежание путаницы: и Висковатый, и Льдов называли его "Livre de Poesies" в соответствии с надписью на утраченном ныне листе. Второй альбом, ошибочно названный Льдовым "Souvenir", в дальнейшем обозначается Верещ.II.)

Все сценки, выбранные публикатором для помещения в журнале, на оригиналах сопровождались автографическими надписями Лермонтова (реплики персонажей), на копиях также скалькированными. Выбор рисунков, разумеется, не случаен: наличие собственноручных надписей поэта обеснечивало безошибочность установления автора.

Из истории альбомов

Теперь следует вернуться назад, к 1882 г., когда оба альбома, названные в публикации К. И. Льдова "Livre de Poesies" и "Souvenir" - Верещ.I и Верещ.II, а также автопортрет Лермонтова, два его письма и альбом, принадлежавший Е. А. Верещагиной (матери А. М. Верещагиной), были присланы из Штутгарта П. А. Висковатому по его просьбе для ознакомления. Как мы уже знаем, владелицей альбомов к тому времени являлась не сама А. М. Верещагина (умершая в 1873 г.), а ее дочь - графиня Александра Берольдинген.¹

¹ (См. подробнее: Андроников И. Л. Лермонтов. Исследования и находки, с. 189.)

В 1884 г. альбомы и автопортрет она затребовала обратно.

В рукописном отделе Пушкинского Дома сохранилось письмо П. А. Висковатого от 29 июля 1884 г. начальнику Николаевского кавалерийского училища генерал-майору А. А. Бильдерлингу.

"Многоуважаемый Александр Александрович.

Только что получил я письмо от графини Берольдинген. Она решительно требует высылки ей обратно альбомов Лермонтова и ничего не упоминает о том, что Вы ей писали и просили их для музея. Получила ли она Ваше письмо? Впрочем, на мою просьбу пожертвовать альбомы в музей она не отозвалась. Недели через две, а может быть, и раньше я еду за границу и вынужден буду взять эти альбомы туда. Не снять ли фотографии с некоторых рисунков?..".¹

¹ (ИРЛИ, ф. 524, оп. 1, ед. хр. 33, л. 48.)

Из приведенного текста видно, что Висковатый еще не знал о получении Бильдерлингом ответного письма графини, которое подшито в "Дело о составлении Лермонтовского музея" в непосредственном соседстве с письмом Висковатого. Оно довольно интересно для характеристики самой графини Берольдинген.

"Вех, 3. 7. 84. Votre Excellence,

Je me sens bien coupable d'avoir tardi si longtemps a repondre a votre lettre et votre si aimable envoi d'un livre qui m'a vivement interesse. Malheureusement je ne suis pas a meme de remplir vos desirs concernant les souvenirs que nous possedons de Fillustre poete. Les objets ne sont pas ma propriete a moi seule, done je ne puis en disposer pour en faire des dons et je suis persuadee que les coproprietaires ne voudront jamais s'en de faire. C'est done a grand iegret que je prierais votre Excellence de renoncer a ces quelques objets qui du reste ont plus de valeur pour l'intimite de la famille que pour un musee.

Agreez, Votre Excellence, Tassurence de mon plus profond respect.

А. Comtesse Beroldingen.

¹ (ИРЛИ, ф. 524, он. 4, ед. хр. 33, л. 50-51. Перевод с французского: Ваяю превосходительство, я чувствую себя очень виноватой, задержавшись столь долгое время с ответом на Ваше письмо и Вашу любезную посылку книги, которая меня живо заинтересовала. К несчастью, я не могу сама выполнить Ваших пожеланий, касающихся принадлежащих нам памятных вещей великого поэта. Эти предметы не являются только моей личной собственностью, поэтому я не могу распорядиться пожертвованиями, и я убеждена, что мои совладельцы никогда не захотят сделать это. Поэтому я с великим сожалением должна просить. Ваше превосходительство отказаться от этих нескольких предметов, которые представляют большую ценность для интимного семейного круга, чем для музея. Примите, Ваше превосходительство, уверение в моем глубоком уважении. Графиня А. Берольдинген.)

По получении этих писем были выполнены копии с портрета В. А. Лопухиной из альбома Верещ.II¹ и автопортрета Лермонтова.² Кроме того, автопортрет был сфотографирован (о чем свидетельствует сам Висковатый, см. ниже), и с него была снята калька, сопровожденная следующей интересной аннотацией: "Не из альбома. - Величина портрета, писанного Лермонтовым с самого себя в зеркало, вероятно, в 1837 году. Он в драгунском мундире. Скалькировано мною лишь для того, чтобы показать величину. Снятая фотография увеличена. Пав. Висковатов".³ Эта надпись подтверждает, что автопортрет Лермонтова был вне альбома.

¹ (ИРЛИ, Музей, инв. № 3195.)

² (ИРЛИ, Музей, инв. № 5019.)

³ (ИРЛИ, Музей, инв. № 5019.)

Вероятно, была сделана фотография и с портрета В. А. Лопухиной, так как в 1885 г. Висковатый опубликовал именно оригинал портрета, а не копию. Без фотографии публикация была бы невозмояша.¹ Тогда же были сняты кальки с девяти рисунков альбома "Livre de Poesies" (Верещ.I) и с одного рисунка из альбома Верещ.II (с. 12).² Все рисунки и акварели этих альбомов получили подробное описание, хотя и чисто внешнее. Никаких попыток раскрыть их сюжет или опознать изображенных лиц не делалось. В Лермонтовском же музее было выполнено подробное визуальное полистное описание самих альбомов (Верещ.I и Верещ.II).³ То, что оно осуществлялось непосредственно с оригиналов, доказывается черновым характером текста с многочисленными поправками, вычеркиваниями и дополнениями.

¹ (Висковатый П. А. Речка смерти. - Истор. вести., 1885, т. XIX, с. 479. - Бесспорность публикации с оригинала доказывается сравнительным анализом указанного воспроизведения и копии, имеющей резкие отличия от подлинного портрета (см. с. 58-59 настоящей статьи).)

² (Кальки снимались дважды и составили две тетради, идентичные по содержанию. Одна тетрадь поступила в Рукописный отдел Пушкинского Дома (ф. 524, оп. 2, ед. хр. 104), вторая - в Музей Пушкинского Дома (инв. № 5020). В 1941 г. эта вторая тетрадь была отправлена в г, Пушкин на готовившуюся к 100-летию со дня смерти великого поэта выставку и вместе с частью материалов, которые не успели оттуда вывезти, была утрачена во время Великой Отечественной войны. Кроме того, три рисунка из альбома "Livre de Poesies", скалькированные П. А. Висковатым (а именно рисунки, находившиеся на с. 155, 165 и 166 альбома), были также утрачены в г. Пушкине в 1941 г. (числились в инвентарной книге Музея Пушкинского Дома под № 5019).)

³ (ИРЛИ, ф. 524, оп 4, ед. хр. 41, л. 94-98; он. 2, ед. хр. 104.- Как показало сличение почерков, описание выполнено первым заведующим Лермонтовского музея, адъютантом Николаевского кавалерийского училища ротмистром лейб-гвардии гусарского полка II Н. Буковским; именно так его рукою обозначена занимаемая им должность на заглавном листе "Дела о составлении Лермонтовского музея" (ф. 524, оп. 4, ед. хр. 33).)

Это скрупулезное описание могло быть вызвано только необходимостью возвратить альбомы владелице и желанием оставить для России как можно более точное их описание.

До настоящей статьи описание, выполненное Н. Н. Буковским, в лермонтоведение не было введено. Исследователи ссылаются только на П. А. Висковатого, который ограничился следующей краткой характеристикой: "Альбомы эти хранят рисунки и стихотворения поэта в периоде от 1830 до 1832 года. Частью это отлично выполненные головки то акварелью, то тушью, частью пером или карандашом. Это портреты, эскизы, карикатуры".¹ Кроме того, Висковатый сообщил надпись на первом (ныне утраченном) листе альбома "Livre de Poesies" (Верещ.I) и привел тексты находящихся в нем стихотворений Лермонтова.² Внешнего вида альбомов он не коснулся.

¹ (Висковатый П. А. Михаил Юрьевич Лермонтов. Неизданные стихотворения.- Рус. старина, 1882, т. 8, с. 387.)

² (ИРЛИ, ф. 524, он. 2, ед. хр. 40, л. 1-9.)

Альбом А. М. Верещагиной (I)

Н. П. Буковский в 1883 г.¹ так описал альбом, который мы именуем "Livre de Poesies" (Верещ.I): "Альбом переплетен в красный сафьян, украшенный по обеим сторонам, передней и задней, двумя ободками, вытисненными золотом разными тиснениями: посредине переплета спереди <вытеснено> "Souvenir", корешок разделен полосками на 6 отделений с украшениями". Далее указывается, что на внутренней стороне обложки, также украшенной тиснением, "наклеена виньетка² с гербом", а внизу на виньетке напечатано: "Freiin Alex. Hiigel, Schlo? Hochberg, MDCCСLXXV" для большей ясности буквами дано схематическое изображение герба с пояснительными надписями.

¹ (Эта дата проставлена на тетради с рукописью Н. Н. Буковского (ИРЛИ, ф. 524, оп. 4, ед. хр. 41).)

² (Виньеткой Н. Н. Буковский называет, как это очевидно из дальнейшего описания, экслибрис дочери А. М. Верещагиной.)

Размеры альбома обозначены на этом же листе графическим прямоугольником в натуральную его величину. Указывается, что весь альбом пронумерован и содержит 176 страниц белой, темно-серой, оранжевой и темно-синей бумаги, счет страниц начинается с оборота форзаца.

Очень важно следующее место описания альбома:

"На первой странице написано: 
 Livre de Poesies appartenant a 
 Alexandrine de Wereschaguine. 
 Moscou, 1833. 
 Les dussins par Michel Lermentoff. 
 Avec 170 pages".1

¹ (П. Л. Висковатый указание на количество страниц в своем описании не приводит.)

Ко времени поступления альбома в Библиотеку Колумбийского университета листа с надписью уже не существовало. Е. Михайлова, констатируя этот факт, приводит содержание надписи на листе, ссылаясь только на свидетельство П. А. Висковатого. Мы имеем возможность ознакомиться с ним и по хранящемуся в Рукописном отделе Пушкинского Дома документу - описанию, составленному Н. Н. Буковским.¹

¹ (ИРЛИ, ф. 524, оп. 4, ед. хр. 41, л. 95.)

Далее сообщается, что в альбоме имеются стихотворения за подписью разных лиц (все подписи приведены), и, наконец, идет речь о стихотворениях Лермонтова: "Все стихотворения писаны рукой Лермонтова и только карандашом подписана его фамилия - рукой, кажется, чужою. На каждой странице только одно стихотворение Лермонтова - больше никаких не помещено".¹ Полностью приведены тексты восьми стихотворений с указанием страниц альбома, на которых они находятся (20, 93, 95, 107, 110, 140, 143, 161), причем отмечены разночтения редакций.

¹ (ИРЛИ, ф. 524, оп. 4, ед. хр. 41.)

Не может быть сомнений в том, что Буковскому был известен текст рукописи П. А. Висковатого с описанием поэтических произведений Лермонтова, имеющихся в альбоме.¹ Об этом свидетельствуют почти дословные совпадения некоторых наблюдений и выводов. Что касается рисунков, находящихся в альбоме, то, как упоминалось выше, все они были скалькированы на папиросную бумагу, но без описания. Характеризуя рисунки в целом, прежде всего следует отметить, что они не вызывают ни малейшего сомнения в авторстве Лермонтова. Все они выполнены итальянским карандашом, в одной и той же манере - нарочито небрежный и вместе уверенный, быстрый очерк контура, со скупыми деталями, оттеняющими индивидуальные особенности изображенных и помогающими их опознанию. Можно отметить некоторые повторяющиеся приемы. Во-первых, диспропорция частей тела (видимо, имевшая место в действительности, но сильно утрированная). Во-вторых, разномасштабность фигур при единовременном их изображении как способ уничтожения одних и придания важности другим. Наконец (что, собственно, не имеет отношения к самому рисунку, а является лишь средством уяснения смысла происходящего), наличие реплик, помещенных художником непосредственно вблизи того или иного персонажа и рассчитанных на людей, которым достаточно было самого незначительного намека для восприятия смысла этих шаржей, иной раз довольно злых (см. описание рисунка, находящегося на с. 152 альбома).

¹ (ИРЛИ, ф. 524, оп. 2, ед. хр. 40, л. 1-9. - Висковатый 15 июля 1884 г. передал эту рукопись в Лермонтовский музей (как указано в дарственной надписи, им сделанной), но сама рукопись могла находиться в музее и раньше, всею скорее была сдана на хранение вместе с альбомами впредь до выяснения, будут ли они оставлены Лермонтовскому музею или их надо вернуть.)

Вполне вероятно, что рисунки сопровождали какой-то устный рассказ, играли роль автоиллюстраций к нему. Выполнены они, видимо, экспромтом, в очень короткое время.

Поскольку в четырех случаях из девяти выведены офицеры и двое из них в форме лейб-гусар, можно считать, что зарисовки в альбоме скорее всего появились уже после вступления Лермонтова в лейб-гвардии гусарский полк, т. е. не ранее 22 ноября 1834 г.

На первом из девяти рисунков альбома (с. 53, разм. изобр. 10.5X6)¹ представлен офицер, повернувшийся спиной. Форма офицера - вицмундир с обер-офицерскими эполетами, кавалерийская сабля, шляпа с плюмажем и рейтузы с лампасами - может быть отнесена к лейб-гвардии гусарскому полку.

¹ (Все размеры рисунков этого альбома даются с калек, поскольку они зафиксированы в инвентарной книге Пушкинского Дома (№ 5019 и 5020). Е. Михайлова размеров не приводит.)

Офицер лейб-гвардии гусарского полка. Рисунок М. Ю. Лермонтова. Карандаш (с. 53)

В фигуре офицера есть очень индивидуальные, характерные особенности. Обращают на себя внимание широкие плечи и заметная кривизна ног. Причем ноги не просто кривые, они неодинаковые; правая несколько тоньше левой, которая сильнее согнута в колене.

Отмеченные детали рисунка дают основание предположить в изображенном офицере самого Лермонтова. Известно, что у Лермонтова был перелом правой ноги ниже колена, вследствие чего он прихрамывал (т. е. одна нога была несколько короче, ее неправильно срастили). Эта особенность заметна и в изображениях Лермонтова на рисунке в альбоме Поливанова¹ и в альбоме кн. Урусова.²

¹ (ИPЛИ, Музей, инв. № 5021/4.)

² (ГЛМ, альбом П. А. Урусова.)

Напомним несколько описаний внешности Лермонтова.

"Лермонтов имел некрасивую фигуру: маленького роста, ноги колесом, очень плечист..."; ¹ "На Лермонтове был мундир лейб-гвардии гусарского полка; он не снял с себя ни сабли, ни перчаток... Вся его фигура, приземистая, кривоногая, с большой головой на сутулых, широких плечах, возбуждала ощущение неприятное; но присущую мощь тотчас сознавал всякий...". ²

¹ (Тиран А. Ф. Записки о Лермонтове (цит. по: Мануйлов В. А. Записки неизвестного гусара о Лермонтове.- Звезда, 1936, № 5, с. 185).)

² (Тургенев И. С. Литературные и житейские воспоминания.- В кн.: Тургенев И. С. Поли. собр. соч. в 28-ми т. Соч. в 15-ти т., т. 14. М.-Л., 1957, с. 80.)

Остановимся еще на одном незначительном штрихе, отмеченном в биографии Висковатого: "Не раз доставалось нашему поэту за то, что он свою форменную треугольную шляпу носил с поля, что было противно правилам и преследовалось".¹ Очевидно, что он это делал не случайно. Шляпа, надетая по форме, еще сильнее подчеркивала несоразмерно с малым ростом большую голову. В рисунке нарушений формы не наблюдается. Однако в данном случае это вполне понятно: шаржируя свою внешность, Лермонтов не только не скрывал, а, напротив, выставлял свои недостатки. "Лермонтов острил не только над другими; он трунил подчас и над своими недостатками. Так, он изобразил самого себя в карикатуре, в шинели в рукава поверх мундира и гусарского ментика. В таком виде ходили юнкера в большие морозы. Костюм этот придавал сутуловатой, широкоплечей и малорослой фигуре Лермонтова чрезвычайно неказистый вид", - читаем мы в биографии поэта, написанной Висковатым.²

¹ (Висковатый П. Михаил Юрьевич Лермонтов. Жизнь и творчество. М., 1891, с. 182.)

² (Висковатый П. Михаил Юрьевич Лермонтов. Жизнь и творчество. М., 1891, с. 198.)

Рассказывая о последних месяцах жизни поэта, Висковатый приводит слова князя Васильчикова: "Так как Лермонтов с легкостью рисовал, то он часто и много делал вкладов в альбом, который составлялся молодежью. В него вписывали или рисовали разные события и случайности из жизни "водяного" общества, во время прогулок, пикников, танцев; хранился же он у Глебова. В лермонтовских карикатурных набросках Мартынов играл главную роль... Поэт изобразил тоже самого себя маленьким, сутуловатым, как кошка вцепившимся в огромного коня, длинноногого Монго-Столыпина, серьезно сидевшего на лошади, а впереди всех красовавшегося Мартынова, в черкеске с длинным кинжалом".¹

¹ (Висковатый П. Михаил Юрьевич Лермонтов. Жизнь и творчество. М., 1891, с. 403-404.- Местонахождение альбома неизвестно.)

Мы привели эти примеры с целью обосновать свое предположение, что возглавить серию дружеских шаржей должен был именно шарж на самого себя. Впрочем, в силу специфики рисунка - изображения со спины - полной уверенности здесь, разумеется, быть не может.

На втором рисунке (с. 101, разм. изобр. 15.5X9) изображены двое прогуливающихся мужчин во фраках (однако сюжетно фигуры между собой не связаны). На первом плане мужчина средних лет, довольно благообразной внешности, с важной осанкой, в очках. Идет, заложив руки за спину, выпятив грудь. Второй господин на коротких тонких ногах с цилиндром в одной руке и хлыстом в другой, заложенной за спину, производит довольно жалкое впечатление из-за несоразмерно малого роста по сравнению с первым. Комизм сценки достигается как разномасштабностъю изображенных лиц, так и тем, что поза маленького господина довольно близко повторяет позу первого.

На третьем рисунке (с. 102, разм. изобр. 13Х11) мы видим пожилого офицера в вицмундире со штаб-офицерскими эполетами, с пышным завитым коком надо лбом и темными усами. Ноги несоразмерно с фигурой тонки и коротки. Он сидит с вытянутой рукой. К нему подходит уже немолодая женщина с тощей фигурой, с худой длинной шеей, в декольтированном платье, прическе, с локонами над ушами и завитым пучком волос на затылке. Лицо у нее некрасивое, с длинным крючковатым носом. Тип нерусский. Изображенная сценка, вероятно, происходит на одном из домашних танцевальных вечеров. Судя по тому, что офицер позволяет себе сидеть перед дамой, она, видимо, занимает какое-то подчиненное положение в обществе. Не гувернантка ли это в доме Е. А. Столыпиной, владелицы имения Серединково, где не раз проводили лето и Лермонтов и Верещагина? Француженка Каролина Мишель, воспитательница дочерей Столыпиных, жила в их семье до выхода замуж старшей дочери. Об этом рассказывает Н. А. Тучкова-Огарева со слов самой Каролины Мишель: "M-lle Michel было лет 20, когда она приехала в Россию; лица, которым она была рекомендована, поместили ее в Москве гувернанткой к детям богатого немецкого негоцианта Форша. Проживши три или четыре года в этом доме, она поступила гувернанткой к дочерям Екатерины Аркадьевны Столыпиной; там у нее были две ученицы: Мария и Елизавета Дмитриевны Столыпины. Она пробыла у них около пяти лет и затем, после замужества старшей из Столыпиных, m-11 Michel приняла место в нашей семье, где прожила восемь лет.

Двое прогуливающихся штатских. Рисунок М. Ю. Лермонтова. Карандаш (с. 101)

Сидящий офицер и стоящая перед ним женщина. Рисунок М. Ю. Лермонтова. Карандаш (с. 102)

М-lle Michel любила рассказывать о том времени, когда жила у Столыпиных: каждую зиму они проводили в Петербурге, а лето в деревне Средникове, близ Москвы. Лермонтов Михаил Юрьевич был двоюродным или троюродным братом ее воспитанниц,¹ и потому она часто видала его в доме Екатерины Аркадьевны. Она любила рассказывать о странностях пылкого и горячего характера Михаила Юрьевича, о том, как бабушка Лермонтова просила внука не писать более стихов, живя в постоянных опасениях за него. Внук обещал, чтобы успокоить горячо любимую бабушку, но стал рисовать карикатуры, которые были так похожи и удачны, что наделали много шума в высшем петербургском обществе и больших неприятностей для Лермонтова. Тогда бабушка стала уговаривать его не заниматься более и карикатурами. "Что же мне делать с собой, когда я не могу так жить, как живут все светские люди? Бабушка просит меня не писать стихотворений и не брать в